Главная страница Стихи о любви Знакомства Лучшие стихи Форум Любви

Дом, где царит любовь

На прошлой неделе мне попалась на глаза статья о семье скульптора Германа Брахерта. Хроника его жизни была дополнена дневниковыми записями его жены. В ее рассказе упоминалось о яблонях и красном буке в саду их летнего дома в Георгенсвальде. Когда я подошла к летнему дому этого скульптора, меня как раз и поприветствовали яблони и бук.

Я спешила на встречу с главным вдохновителем и директором Дома-музея скульптора Г. Брахерта А. С. Саруль, около 20 лет хранившей память об истории дома, его экс- хозяевах. Я всю дорогу думала, о чем, собственно, спросить? О скульптурах, истории создания музея или трудностях? Это дежурные темы, говорить о них было бы банальностью! Мне было интересно больше узнать о сотрудниках музея, о том, как они видят свою  работу.

В голове вертелись философские мысли. По какой причине мы хотим сохранить памятники искусства, для какой цели они нужны? Первым делом я задала эти вопросы заведующей фондом музея Елене Швейко, которая стала уверенно вести нашу беседу.

Е. Ш.: Мы бережем историю. Мои родители, к примеру, стали здесь жить после распределения в 50-е гг. ХХ в., я здесь родилась, выросла, это — моя родина. Местные скульптуры и дома были моей обыденной обстановкой. Когда всё стали потихоньку разваливать, это было больно для меня. Возможно, кто-то полагает, что никто ничего не разваливал, все само развалилось. Однако наблюдать, как разрушается от старости историческое здание, и ничего не делать, чтобы этому помешать – по сути, означает разрушать его своими руками.

Создавать что-либо взамен так же добротно не удается – даже не с точки зрения религии, а в плане архитектуры. Эту красоту создали задолго до нас. Работа в этом музее помогла мне прочувствовать множество аспектов данной проблемы.

Вы не думаете, что тех людей, кто в этом заинтересован, не очень много? Полагаю, что далеко не каждый осознает, зачем нужно сохранять такие вещи.

Е.Ш.: Слава Богу, с подобным отношением я не столкнулась. У каждого свои рассуждения на эту тему. Предполагаю, что так воспринимают мир «варяги». Мое  отношение таково: многое нам досталось бесплатно, надо это просто сберечь. Можно и необходимо внести и национальную черту.

Иное дело – варяги: пришли, пожили, ушли обратно. Можно понять их отношение.

 

Алла Семеновна: Вначале было отношение, как у варваров… Трудно упрекать кого-то,  люди не отошли от боли и печальных событий.

Алла Семеновна, времена меняются, Вы видите перемены в нравах?

А.С.: За 20 лет работы в музее я увидела многое. Память о печальных событиях в истории долго была ключевым вектором, формировавшим наше отношение ко всему, что связано с Германией. Изначально мой статус был — директор музея скульптора из Германии. Какой-то период приставка «Германии» была как заноза в сердце. Помню, что были высказывания посетителей такого плана: «Зачем Вы немецкое холите и лелеете?»

Вспоминать об этом не хочется. В 1995 г. на празднование 50-тилетия Победы из столицы приехала делегация ветеранов. Они побывали в нашем доме-музее, мы общались, они рассказывали о своих впечатлениях. Один мужчина вспоминал историю о своей встрече с «Нимфой» (Светлогорский променад). Он совсем молоденьким солдатом вышел на берег после купания и увидел ее! Каждый раз, когда приезжал сюда, он приходил к ней поздороваться.

В книге для наших посетителей, насчитывающей 5 томов, этими ветеранами были оставлены трогательные отзывы. Есть и слова, которые в моей памяти надолго останутся:

«Стыдно и страшно что бы было, если б не зашла в музей…».

 

Такие слова написаны ветераном Великой Отечественной войны! С этих времен я ощутила, что «заноза» исчезла из сердца: так поддержали меня люди, проливавшие кровь.

Если есть желание узнать, как люди относятся к музею, стоит пролистать эти тома отзывов. Бывает, заходят взрослые люди, говоря: «Ребенок мне посоветовал, что если буду в этих местах, должен зайти в этот музей».

Вот так мы и вспомнили, с чего все началось. Вспомнили, как в 1991 г. приехали 1-ые журналисты из Германии. В путеводителях, вышедших до войны, есть слова, ставшие 1-ым шагом для создания дома-музея: «в эти места мы приехали, чтобы полюбоваться скульптурами и морем».*  Потом в Германии был найден Томас, сын Г. Брахерта, и он помог определить дом, где жила их семья.

Всплыли воспоминания  о расселении коммунальной квартиры, на тот момент в находившейся в доме скульптора, о попытках снести здание, показались лишними.

Появилось желание спросить, есть ли друзья у музея – те, кто поддержал в  минуты испытаний, кто помогал воплотить идеи.

А. С.: Эрмитаж предложил огромную помощь нашему музею. В 90-е гг. специалисты из Эрмитажа посетили нас, чтобы исследовать образцы скульптуры Калининградской об-ти. Увидев скульптуры Брахерта, они проявили интерес. Мы тогда написали письмо М. Б. Пиотровскому с просьбой отреставрировать музей (он когда-то был нашим посетителем). Со стороны Германии была оказана финансовая помощь, реставратор из Эрмитажа Н. Чернышева работала у нас. Михаил Борисович Пиотровский стал другом музея, мы знаем, что в минуты трудностей мы можем к нему обратиться.

Еще один наш меценат и друг музея – Александр Альбертович Гирзекорн. В музее, благодаря А. А. Гирзекорну, появились довольно ценные экспонаты. Александр Гирзекорн бережно отнесся к нашим заботам, что вселило в нас чувство уверенности. Одним из прародителей музея стал В. Ю. Матвеев, который сейчас является заместителем М. Б. Пиотровского по развитию Эрмитажа. Он знает обо всем, что относится к музею Г. Брахерта. А на 1-ой научной конференции (их было 3) он сказал, что у него в сердце 2 музея – Эрмитаж и этот маленький музей скульптора из Германии.

Алла Семеновна, вы  с таким теплом говорите о тех людях, которые осуществляют помощь музею. Возможно, Вы хотите рассказать еще о чем-то особенном?

А.С.: Я очень трепетно отношусь к экс-хозяйке дома – Мии Брахерт. Немногие люди знают, что Томас Брахерт не родной ребенок у нее, это внебрачный сын Германа, его в возрасте 8 лет отдали в семью немецкого скульптора. Мия воспитала Томаса как родного. Когда Томас приезжал, он сказал слова, которые остались в памяти надолго: «В этом доме  царит атмосфера добра, поэзии и любви». Этот седой мужчина сказал так о Мии.

Еще одно важное событие для меня – чтение 2-х писем Г. Брахерта – последних писем отца к Томасу, в которых он спрашивал себя: что могу оставить в качестве наследства сыну? В наследство ему остался зачитанный том стихотворений Шиллера…

Комментарии тут, как говорится, можно и не давать. Пусть каждый поразмышляет на тему родительства, отношения скульптора к поэзии... В этих письмах много сказано о том, что материальное – далеко не главная вещь в жизни.

***

 

Наш разговор подошел к его логическому завершению, а я еще долго думала, как могло сложиться, что новые хозяева появились у этого уютного дома – через 50 лет... О том, что его  хозяйка Алла Семеновна – очень заботлива и человечна, а сотрудники музея – больше, чем работники, это семья.

В буклетах для туристов указано: Дом-музей скульптора Г. Брахерта. Если зайти сюда, слово «дом-музей» будет иметь для вас иной смысл. Это и музей, и дом, где уютно, где ждут гостей, где царит любовь.

 



* Благодаря данному упоминанию об этих скульптурах сохранился интерес к известному когда-то на земле Германии Г. Брахерту …  После Великой Отечественной войны 5 работ Брахерта были выставлены в Светлогорске (Нимфа на променаде, Несущая воду) и рядом находилось еще 3 рельефа (которые сегодня расположены на территории этого музея).

 

Ирина Климакина


Нравится наш сайт? Добавьте его в закладки:
Bookmark and Share
Реклама
Публикации: Общие  |   Техника  |   Кино  |   Дом  |   Фото  |   Книги  |   Игры  |   Подарки  |   Знакомства  |   Образование  |   Спорт  |   Отдых
Заметки: Деньги  |   Отдых  |   Образование  |   Техника  |   Здоровье  |   Дом  |   Музыка  |   Подарки